Автор модели (1923 год) - скульптор Иванов Дмитрий Иосифович.
Изображена знаменитая русская балерина Тамара Карсавина в роли Забеиды в балете "Шехерезада". Костюм по эскизам Л.С.Бакста.

"Шехерезада" - хореографическая драма в одном действии на музыку Н.А. Римского-Корсакова. Либретто, декорации и костюмы Л.С. Бакста. Хореография М.М. Фокина. В 1910 г. эта балетная постановка имела оглушительный успех в Париже, а к Баксту пришла слава, какой до него не знал ни один декоратор.

(См. издание "Государственный фарфоровый завод" авт. Т.Н. Носович, И.П. Попова 2005 г., стр. 329).

Костюмы отдельных персонажей и целых групп, возникая, сменяя друг друга или сливаясь в цветовые аккорды, подчеркивали и дополняли мотивы основной гаммы декораций. Эскизы костюмов к «Шехеразаде» чрезвычайно детализированы и тщательно проработаны.

Как обычно у Бакста, цвет костюма и его покрой помогают выявить характер персонажа. Показателен в этом отношении костюм Забеиды (Зобеиды) — плотно прилегающий лиф, длинные узкие шаровары, прорезанные по бокам и расчлененные на несколько горизонтальных частей, на маленькой головке — торчащее кверху, наподобие усиков насекомого, украшение. Костюм султанши великолепно выражал суть сценического образа.

Материалом при работе над «Шехеразадой» послужили художнику иранские миниатюры, также там можно найти элементы турецкого и китайского искусства. Бакст как бы синтезировал свои представления об искусстве Востока.

После «Шехеразады» воздействие бакстовского «экзотического стиля» распространилось далеко за пределы сцены. Стиль его театральных постановок стал диктовать стиль жизни. Так, неожиданно для себя, художник оказался законодателем парижских мод.

Тамара Карсавина (1885 - 1978) среди множества славных танцовщиц начала XX века занимает особое место, потому что являла собой новый тип балерины. Она была не только одарена профессионально, но и умна, и интеллигентна. Особенно самобытный талант развернулся во время Русских сезонов.

Смуглая, темноглазая Карсавина отличалась томной грацией манер. Пластика ее казалась незаконченной, чуть расплывчатой, а тень задумчивости загадочно сквозила в улыбке. Талант ее был словно бы создан для олицетворения темы таинственной красоты, неподвластной человеческим чувствам